Нажмите "Enter" для пропуска содержимого

Что сейчас творится в магазинах с ценами, продуктами и промтоварами. Онлайн

Что сейчас творится в магазинах с ценами, продуктами и промтоварами. Онлайн

Нечего и не на что

Оценить ситуацию, в которой сейчас оказалась российская экономика, проще всего, если представить себя покупателем большого торгового центра, в который вы приехали с семьей на шоппинг в предпраздничные выходные.

Только вы примерились к покупкам, как вдруг на ваш телефон посыпались сообщения о блокировке карт и невозможности расплатиться с помощью «электронного кошелька».

Вы бросились к банкомату, но там выстроилась очередь, и когда она дошла до вас, выяснилось, что одни банковские карты не работают, другие не позволяют снять всю наличность, с третьих надо платить комиссию.

Тем временем, пока вы искали деньги, магазины вокруг начали закрываться, причем закрываться совсем: вот вместо полных витрин — пустота.

А в тех магазинах, которые еще работают, тоже стало неладно: в одних вдруг стали отменять акции и распродажи, в других успели переписать ценники, в третьих вроде все осталось, как прежде, но сильно сократился ассортимент — нет тех вещей, которые вы хотели купить, а те, которые купить можно, вам совсем не нравятся.

Вы решили пойти выпить чашечку латте на модном кокосовом молоке, но оказалось, что кокосовое молоко успело подорожать чуть ли не вдвое, и цену на модный напиток уже пересмотрели в сторону повышения.

Но даже когда вы собрались с силами и составили список покупок, выяснилось, что наличных (и остатков на работающих кредитных картах) сильно не хватает.

А звонки друзьям с просьбой помочь материально почему-то не встречают понимания. Одни отказывают с разной степенью невежливости, другие не берут трубку, третьи соглашаются помочь, но на каких-то совсем странных условиях — вроде залога квартиры.

И в качестве вишенки на торте: вам позвонили с работы и сообщили, что вы вообще-то можете на нее не приходить — зарплату за две недели и компенсацию за неиспользованный отпуск вам выплатят, но это и все.

И вам нужно принимать решение: что и сколько купить на оставшиеся деньги, а главное — как жить дальше.

Представили? А теперь умножьте эти проблемы во много-много раз — и вы представите себе, с проблемами какого уровня столкнулись сейчас чиновники правительства. Которым предстоит решать: что делать?

Фундамент экономики

Никто из начальников не ожидал стремительного сокращения предложения на потребительском рынке. И сейчас власти всерьез думают: что будет с торговлей.

А торговля — это гораздо серьезнее, чем вы думаете. Россия — страна не только сырьевая, но и торговая. Почти четверть ВВП РФ — торговля, шестая часть рабочей силы — тоже торговля.

В русском языке «предприниматель» назывался «купец». Склады, лабазы, транзит, крупный опт. Кстати, в розницу русские торговать не очень умеют, «рука не заточена». Вот склады-магазины, супер-гипер-маркеты — это получается, и хорошо получается. Почему — это особая история. Но торговля потребительскими товарами — это история политическая.

В сущности, общественный договор, который был положен в фундамент российского устройства 30 лет назад, был договором о ликвидации дефицита.

Тогда все было ясно: люди не спрашивают, откуда у советских начальников разных мастей взялись заводы, порты и горно-обогатительные комбинаты, а начальники отдают им ключи от советских квартир и не мешают наполнять прилавки в магазинах.

30 лет назад начальники поделили все просто: нам — социалистическую собственность, вам — полные супермаркеты.

Сегодня люди почти не отдают себе отчет в том, как треть века бесили советского человека пустые полки в магазинах. Это прямо было самой лучшей демонстрацией, что с экономикой СССР что-то идет не так. Зацикленность начальства на «производстве» сыграла с советскими людьми дурную шутку: каждый гражданин СССР работал на каком-то производстве или около него, а потом приходил в магазин и спрашивал (и не только себя): а где, собственно, все, что мы произвели??? (Работники советской торговли имели по этому поводу особое мнение, но держали его при себе.)

Отсюда возникали безумные позднесоветские легенды о каких-то тайных складах, где спрятаны пирамиды товаров, причем по копеечным ценам.

В общем, власть это понимала так же, как понимала и то, что товаров никаких нет, так же, как и деньги в сберкассах давно пошли «в доход государства», и надо что-то делать.

«Закон о свободе торговли», вступивший в силу в январе 1992 года был гениальным решением с точки зрения власти, раз и навсегда снявшей с себя ответственность за «снабжение населения товарами народного потребления», была такая формулировка.

И поэтому власть, которая железной рукой сжимала горло экономике, по большому счету не трогала торговлю. Любых намеков на «дефицит» власть допускать не хотела. Все прекрасно понимали, что советский «пустой магазин» был упреком людей к власти: вот, я работал, заработал, а что я могу купить?

«Российский полный магазин» — это послание власти к людям: видишь, все есть, система работает, а если у тебя нет денег, так это твои проблемы!

Записывайся в наши наемники — и все у тебя будет.

Но как раз для наемников власти «полный магазин» нужен здесь и сейчас. Если начальству в самом крайнем случае привезут миланские бутики прямо на дом, то рядовому личному составу надо каждый день где-то обедать, ужинать и что-то покупать.

Кроме того, структура потребления людей за 30 лет очень изменилась. Да, цены на «социально-значимые» продукты власти будут пытаться «держать». Но все остальное начнет дорожать без удержу. А русские люди не одним «борщевым набором» сыты последние 30 лет, но и многим другим…

Поэтому исход потребительских товаров с рынка — это более серьезно, чем кажется из телевизора, и начальство также понимает, насколько это важно. Свято место пусто не бывает: рано или поздно, так или иначе полки в магазинах снова наполнятся, но чем, когда и на каких условиях — сказать сегодня не может никто.

Что мы сейчас переживаем с экономической точки зрения и что нас ждет?

Россия — на самом деле одна из самых глобализированных стран. Она действительно во всех смыслах часть мировой экономики. И вот сейчас эти экономические связи стремительно рвутся. При том, что в России наверное лучший в мире ФинТех.

Невероятные совершенно финансовые технологии, продвинутые банки, которые позволяли до последнего времени удобно делать переводы всевозможные. Мы зависим от импорта, потому что конкуренция российских товаров с импортными заставляла российских производителей выпускать довольно приличные качественные вещи. Мы привыкли к определенному уровню комфорта.

Ключевой момент: Россия — небогатая страна. Она богатая ресурсами, у нее невероятно богатая руководящая верхушка, но население — нет. Небогатые мы люди, но жить в больших городах было комфортно. Было, потому что сейчас этот комфорт, что называется, заканчивается.

Сейчас очевидно, нам придется жить без множества привычных для нас товаров, без множества привычных сервисов, но зато со множеством ограничений, требований, правил и так далее.

Без каких товаров из того, что необходимо, к чему привыкла Россия нам придется теперь обходиться?

Мы не знаем, будут ли самсунги, может быть, китайские будут смартфоны, и мы не знаем сколько они будут стоить.

Потому что когда у вас на рынке есть айфоны, есть самсунги, есть хуавеи, есть какие-то другие новые бренды — они конкурируют между собой. Но в этой ситуации мы не знаем, что скажут китайцы, если они окажутся на рынке одни, они могут назначить такие цены, которые будут дороже айфонов.

И мы сделать ничего здесь не сможем. Это всевозможные подписки на сервисы. Индустрия развлечений, конечно, просядет очень сильно.

Потому что становый хребет российской экономики, по-честному, конечно, валютная выручка — валютная выручка от нефти и газа. И сейчас с этой валютной выручкой — большие проблемы. Поэтому сейчас такие жесткие ограничения на внешнюю торговлю.

И сейчас предстоит в ручном режиме решать, что нужно в первую очередь покупать, что во вторую, что в третью, что в десятую.

Идет ли речь о каких-то более серьезных последствиях в ближайшее время: пустые полки магазинов, обнищание населения, потому что у людей просто резко сократится их доход из-за гиперинфляции?

Дефицит — это то, чего наши начальники не любят и не хотят. Они очень долго делали все, чтобы дефицита на полках ни в коем случае не допустить.

Они прекрасно помнят 80-е годы, и ничто так не раздражало советского человека, как пустые прилавки.

Потому что я работал, а ничего нет. Людей очень мирило то, что в магазинах все есть, да и начальство всегда могло сказать, если человек приходил и жаловался, что нет денег: ты сам виноват, слушай, ты должен больше работать — найди хорошую работу, займись малым бизнесом.

Мы сделали так, что у тебя товары будут. В советском союзе человек приходил в пустой магазин, он понимал, что это государственный магазин — это система государства не работает. Но сейчас человек будет думать — а почему в магазине-то ничего нет?

Ну хорошо, я работаю, я все делаю, я голосую, поддерживаю, и что вдруг такого произошло, что у меня нет в магазинах ничего? Поэтому этой ситуации власть допускать очень не хочет. Почему нет?

Все есть, только дорого.

Какая будет ситуация с потребительским кредитованием? Будут ли хоть какие-то доступные деньги в банках?

Сейчас Центральный Банк ставит экономику на паузу. В этой ситуации — совершенно логичное решение, абсолютно понятне.

Потому что когда вы не знаете, что делать — лучше не делать ничего.

Подъем резкий ключевой ставки — это сигнал «всем стоять», чтобы мы не снимали деньги из банков, а, наоборот, несли их туда — банки готовы платить 20% годовых. Но это значит, что банкиры считают, что инфляция меньше 20% точно не будет. Такой сигнал они нам посылают.

Потребительское кредитование уже под 30%. Кредиты уже поздно брать.

Во времена кризисов люди обычно бегут и скупают технику, машины и кто-то вкладывается в недвижимость. Сейчас какие-то из этих инструментов вообще актуальны?

Никто не знает, как поведет себя недвижимость. Этого в принципе никто не может предсказать, потому что если сейчас на рынке сдуется пузырь недвижимости, который был надут благодаря льготной ипотеке, то здесь большой вопрос, как поведут себя банки, которые фактически являются собственниками этих квартир.

Потому что эти квартиры заложены у банка. Как человек делал — он считал, есть у меня ежемесячный платеж — есть, могу я его обслуживать — могу.

Человек рассуждал примерно так: вместо того, чтобы снимать квартиру за 30-40 тысяч рублей — я лучше буду платить 50-70 тысяч, но это будет моя квартира, которую я потом использую.

Но сейчас он сидит и думает — я подписался на этот кредит. Сейчас я плачу 50 тысяч рублей взнос по ипотеке.

А хватит ли у меня денег после того, как я сейчас по новым ценам заплачу за еду, за одежду, за какие-то вещи, за лекарства — совсем не факт.

Машины уже поздно покупать по таким ценам. Единственное, что в ближайшее время иностранных машин здесь у нас не будет — будут российские машины, которые уже подорожали. Возможно, китайские машины — непонятно, по каким ценам. Дорожать сейчас будет все — надо просто это принять.

Несколько практических советов еще по текущей конкретной ситуации, потому что мы в последние дни видим очереди к банкоматам, там люди снимают наличные, люди пытаются что-то придумать с валютой, что-то пытаются купить. Что сейчас имеет смысл делать, если эмоции убрать в сторону действительно, что было бы правильным в этой ситуации предпринять?

Вот прямо сейчас поднимать свою телефонную книжку, звонить всем своим друзьям, спрашивать, могут ли они вам дать работу и как-то помочь, и можете ли вы помочь. Чем ты мне можешь помочь, чем я тебе могу помочь.

Это единственный вариант.

Потому что с работой будут большие напряги, а социальные и горизонтальные связи нас могут спасти. Вот сейчас максимально встречаться, договариваться о совместных покупках наконец.

Вот это то, что у вас сейчас может поддержать, и вы узнаете о ваших знакомых много чего интересного. Вот первый совет. И купить то, что будет завозиться в последнюю очередь.

Если поставить рядом новости о том, что правительство намерено отменить НДС на покупку золота, и новость о комиссии на покупку валюты в 30%, то экономист сделает вывод об экстренном желании власти продать людям «золото вместо долларов».

Это, в свою очередь, означает, что на «золотые резервы» нет других покупателей, кроме российских владельцев сбережений. (Потому что если бы они были — вам бы никто не предложил «прикупить золота».) Тот, кто хочет сейчас «прикупить золота», должен подумать о том, кому и с какой комиссией он будет его продавать, чтобы превратить в наличные деньги.

То есть как много-много раз было в истории России, спасать экономику страны людям придется на свои деньги. А это означает, что осмысленная экономическая политика не может быть возможна без активного участия в ее обсуждении тех, кому эти деньги, собственно, и принадлежат. Нас с вами.

Что в этой ситуации могло бы предпринять правительство, чтобы «заместить» товары, исчезающие с полок магазинов, и оборудование, которое может исчезнуть из заводских цехов?

В первую очередь в целях жизнеобеспечения необходимо будет обеспечивать штатные потребности по лекарствам, в том числе и очень дорогим. Эти лекарства можно разделить на две «категории»: уже зарегистрированные в России и незарегистрированные лекарственные препараты, медицинские технологии, медицинские услуги и медицинские изделия. К сожалению, целостной стратегии по развитию фармацевтической индустрии и медицинской промышленности у нас не было в конце 2000-х годов, ее нет и сейчас, несмотря на более чем 200 млрд рублей, вложенных в импортозамещение.

Ориентир антимонопольной политики и вектор госзакупок шел на поддержку производителя, а не потребителя, в результате чего из-за протекционистской политики и уменьшения конкуренции у нас не научились нормально изготавливать даже простейшие медицинские изделия.

Второй линией потребности будет импортозамещение электроники и программного обеспечения на станках и средствах производства. Вначале — на участках производства, не требующих высокой технологичности. Имевшаяся до текущего момента политика импортозамещения в станкостроении привела к тотальной нехватке качества выпускаемой продукции и огромным потерям для конечных заказчиков.

В значительной мере утеряна культура производства, крайне мало опытных специалистов, способных спроектировать и создать оборудование с нуля,

организовать его выпуск на производственных мощностях отечественных предприятий

Сейчас ситуацию сравнивают и говорят, что будет что-то похожее на 90-е, когда весь народ обнищал — талоны, пустые полки…. Это 90 — е?

Нет, это будет другая история, потому что в девяностые границы были открыты и Россия росла как часть мира. Мир рос и Россия росла, и на открытости границ Россия очень много заработала. Это другая будет история.

Будет хуже, чем в 90-е, получается?

Будет по-другому. По-другому. Мы будем верить в лучший сценарий, что все будет хорошо.

Станьте первым комментатором

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *